Алкоголь: от культурной традиции до зависимости

Те, кто жил или живет с алкоголиком, знают, насколько это жутко и страшно. Некогда способный, талантливый, просто любимый превращается в животное. Со скоростью льющейся в стакан водки такой человек теряет все: близких, работу, друзей… Теряет саму жизнь. О том, какие конфликты порождает эта проблема и как их можно разрешить, беседуем с доцентом кафедры конфликтологии Казанского (Приволжского) федерального университета Андреем ИВАНОВЫМ.

– Осенью отмечается Всероссийский день трезвости и по стечению обстоятельств – День граненого стакана, который в сознании людей тесно связан с употреблением алкоголя. В канун этих праздников невольно задаешься вопросом: алкогольные традиции в обществе надо рассматривать как что-то нейтральное или со знаком минус?

– Умеренные питейные традиции должны определяться через такие вопросы: кому можно, когда, сколько, с кем, где и как пить. Восприятие и постепенное усвоение питейных традиций в нашем светском обществе начинаются еще в детстве. Подросток, или даже ребенок, сидящий за праздничным столом, порой оказывается в ситуации, что ему наливают «детское шампанское», и он «приглашается» чокаться со всеми, усваивая при этом атрибуты взрослого ритуала распития алкоголя. Еще в советское время проводились опыты в группах детского сада, которые показали, что если детям предложить сыграть «в свадьбу», «день рождения», то они с большой точностью копируют в игре элементы взрослого застолья с имитацией чоканья бокалами, произнесением тостов и пьяной походкой гостей.

– Таким образом, уже в ранние годы закладывается внешняя ритуалистика распития спиртного, а в некоторых случаях формируется толерантность к вредным привычкам. Чем детство взрослого сильно пьющего человека отличается от детства других людей?

– Их детство, как правило, проходит в дисфункциональных семьях – в семьях, в которых присутствовала алкогольная, наркотическая или иная зависимость. С большой долей вероятности здесь имели место также физическое насилие, эмоциональная агрессия или эмоциональная холодность. В здоровой семье у каждого есть своеобразная роль, статус, положение. Каждому члену семьи уделяется внимание. Ребенок может открыто выражать свои чувства и мысли. Он будет выслушан и понят. В дисфункциональной семье ребенок часто не имеет такой возможности. Вся семья вращается вокруг персоны, злоупотребляющей алкоголем. Деятельность и функциональность семьи зависит от того, каким пришел алкоголик домой, какое у него настроение и что он планирует делать. В такой ситуации ребенок вынужден приспосабливаться под этот нервный ритм. Чувства этих детей становятся похожими на зажатую пружину, которая рано или поздно выстрелит. Обычно это случается в подростковом возрасте – «плохие компании», вредные привычки, хулиганство, неконтролируемая агрессия. То, что он раньше в себе сдерживал, может выплескиваться в крайних формах. Такое детство не только у алкоголиков и наркоманов, но и в случае игромании и других форм созависимого поведения.

– А какой самый опасный сценарий конфликтного поведения у пьющего человека?

– Наверное, алкогольный бред ревности. Это самый опасный фактор начала внутрисемейного конфликтного взаимодействия, который может приводить к физическому насилию и даже убийству. Алкогольный бред ревности возникает почти исключительно у мужчин, как правило, после 40 лет, развивается исподволь. Злоупотребляющий алкоголем начинает «замечать», что жена относится к нему невнимательно, часто уходит из дома, постоянно задерживается. Подозрения о неверности вначале смутные, затем становятся постоянными. Алкогольный ревнивец начинает утверждать, что жена изменяет ему, что дети родились не от него. Часто начинается слежка за женой, применяются в отношении нее насилие, вплоть до убийства.

– Что делать, если дело дошло до белой горячки? Насколько это опасно для членов семьи?

– Этот вопрос, конечно, лучше переадресовать психиатрам и наркологам. Если рассказать в таком обобщенном виде, то происходит следующее. Человек пьет день за днем. Не с целью получить удовольствие от опьянения, а потому что остановиться не может. Проходит неделя-другая. В некоторых случаях запой может длиться несколько месяцев. Если человек сам остановился, его тут же настигает возмездие за все дни запоя в виде сильнейшей интоксикации всего организма. Если нет – через некоторое время наступает полное истощение возможностей организма. Происходит самопроизвольный обрыв запоя. Пить человек дальше уже не может. Вот здесь и начинается абстинентный синдром. После обрыва запоя появляются психические нарушения, которые постепенно нарастают. Бессонница, тревожность и беспричинный страх. Затем, в сумерки, обычно при засыпании появляются какие-то галлюцинации. Шевелятся тени по углам, паутина и нитки в воздухе проносятся, с закрытыми глазами видит фантасмагорические образы непонятных существ, ему слышатся звуки и шорохи. Это начало делирия. В светлое время суток состояние пропадает. Если болезнь усугубляется, то видения человека начинают преследовать постоянно. Видения сильные, правдоподобные, эффектные, завораживающие и пугающие. Обычно видятся небольшие зооморфные существа, которых в народе именуют чертями. Человек считает их реальностью, хотя краем сознания может понимать, что это невозможно. Конечно, такое происходит у людей с громадным алкогольным стажем и несдержанностью к спиртному или с патологическими формами опьянения. В этом состоянии человеку срочно требуется медицинская и психиатрическая помощь. Безусловно, он может быть опасен для окружающих.

– Если же посмотреть с позиции конфликтологии на проблему крайностей в «дружбе с алкоголем», что толкает человека к безудержному пьянству?

– Беспросветность в его жизни, неумение справляться с проблемами, серьезные внутриличностные и межличностные конфликты, которые избегаются или обезболиваются через стакан. Хорошо об этом сказано в романе Максима Горького «Мать», позвольте я процитирую: «Одинокие искры неумелой, бессильной мысли едва мерцали в скучном однообразии дней… Молодежь сидела в трактирах или устраивала вечеринки друг у друга, играла на гармошках, пела похабные, некрасивые песни, танцевала, сквернословила и пила. Истомленные трудом люди пьянели быстро, и во всех грудях пробуждалось непонятное, болезненное раздражение. Оно требовало выхода. И, цепко хватаясь за каждую возможность разрядить это тревожное чувство, люди из-за пустяков бросались друг на друга с озлоблением зверей. Возникали кровавые драки. Порой они кончались тяжелыми увечьями, изредка – убийством. По праздникам молодежь являлась домой поздно ночью в разорванной одежде, в грязи и пыли, с разбитыми лицами, злорадно хвастаясь нанесенными товарищам ударами, или оскорбленная, в гневе или слезах обиды, пьяная и жалкая, несчастная и противная».

– Последний вопрос: пить или не пить?

– Каждый человек решает для себя сам. Главное – умеренность во всем, тогда не будет тех страшных крайних проявлений, о которых мы говорили. Поэтому, пользуясь случаем, желаю читателям вашего журнала чувства меры и крепкого здоровья!

Марина ГЛЕБОВА

На главную

Оставьте первый комментарий для "Алкоголь: от культурной традиции до зависимости"

Оставить комментарий

Яндекс.Метрика